Жив останусь

Жив останусь

Жив останусь

Хочу на фронт!

Когда в конце 1941 года молодёжь села Баянаул Баянаульского района Павлодарской области стали призывать на фронт, Бисембай Баймагамбетов повестку не получил, потому что он был на год младше своих одноклассников. Но юноша пришел к военкому и потребовал, чтобы его тоже призвали, обманув, что он — с 1922 года, как и его друзья. Павлодарский областной судВетеран Бисембай БаймагамбетовВетеран Бисембай Баймагамбетов Павлодарский областной судОтец, узнав о самовольстве сына, стал ругать его, а мать плакала. Ещё бы — только что ушел на фронт старший их сын Бопыш, до этого уже успевший оттянуть лямку военной службы, а тут еще и младший собрался на войну. Но Бисембай всё-таки убедил родителей.- Ну, не сегодня, так завтра все равно пойду. Так лучше уж со своими товарищами вместе буду воевать, чем позже один. Жив останусь — вернусь, — обнадежил он отца с матерью.Новый 1942 год призывники встретили в дороге. Первого января их привезли в Аягуз Семипалатинской области, где был организован учебный пункт. Обстановку здесь преподаватели постарались максимально приблизить к фронтовой. Среди ночи новобранцев поднимали по тревоге, и, похватав деревянные винтовки и пулемёты (боевых не было), они выскакивали в ночной холод. Многие во время этих занятий обморозились. Но обстановка на фронте требовала быстрой подготовки солдат. Бисембай освоил станковый пулемёт.

Страшное лицо войны

В середине апреля их отправили в Подмосковье. Один из городков, куда они попали, напоминал большое кладбище.- Вокруг лежали трупы наших бойцов, — вспоминал Баймагамбетов. — Здесь только что прошли жестокие бои. Нам пришлось захоронить всех убитых. После этого новобранцев привезли в подземный оружейный склад, где им выдали винтовки и пулемёты. Около месяца они осваивали оружие и занимались строевой подготовкой. А затем их отправили в Белгородскую область, в 310-ый полк знаменитой Панфиловской дивизии. Шестого июня в районе города новый Оскол пошли в наступление.Уже позже Бисембай узнал, что совсем рядом, в городе Старый Оскол, стояла часть, в которой в то время находился его брат Бопыш.- Это был настоящий ад, — вспоминает ветеран. — Немцы из миномётов бьют, уши разрываются от грохота. Вместе со вторым номером — Васей Николаевым из Павлодарской области — мы вытащили наш станковый пулемёт на пригорок. И в этот момент моего напарника ранило в ногу. Его унесли, а я залег за пулемет. Но вскоре мою огневую точку засекли, и мины стали рваться все ближе. Потом — тупой толчок, и меня подкинуло вверх. Через мгновение очнулся — живой, а пулемёт разбит вдребезги. Но рядом стоит другой и молчит, потому что расчёт перебит.Я залег за него и стал прицельно стрелять по немецким минометчикам. В это время пуля попала мне в большой палец левой руки, чуть не оторвав его. Зажав рану, я продолжал бить короткими очередями. Но тут рядом взметнулась земля, и что-то больно ударило в бок. Посмотрел на шинель — она вся в клочья изорвана. Почти ничего не соображая, добрался до медпункта.

Хочу быть командиром!

Раненого и контуженного Бисембая отвезли в полковую санчасть, а после лечения – в оздоровительный батальон. Там отбирали на офицерские курсы, и Баймагамбетов попал в число будущих командиров.Их отправили в Липецк, куда эвакуировалось Тамбовское военное училище. Учебный курс был рассчитан на год, но наши войска несли большие потери, и младших офицеров не хватало. Поэтому уже через четыре месяца скороспелых младших лейтенантов отправили на фронт, в Курскую область.21 февраля 1943 года Баймагамбетов прибыл в 320-ый мотострелковой полк 38-ой армии под командованием генерала Кирилла Москаленко. Часть только что вышла из боёв, и в ней почти не осталось офицеров. Молодого лейтенанта назначили сразу заместителем командира роты. И уже на следующий день они двинулись в наступление.- Утром вошли в город Обоянь Курской области, — вспоминал ветеран. — Тишина. Немцев не видно. Но тут же началась пальба. Оказалось, что этот населённый пункт был окружен фашистами. На моих глазах немец, спрятавшийся на стене разрушенного дома, из пистолета расстрелял расчёт станкового пулемета. Я пальнул в него, и фашист свалился на землю. Пришлось мне, по старой памяти, залечь за пулемет. Целую ленту истратил на здание, в котором засели немецкие минометчики. Стрельба оттуда прекратилась. Вскоре враги стали отходить.

Опять ранение

Но мне не повезло — рядом взорвался снаряд, и я потерял сознание.С диагнозом «сквозное осколочное, проникающее ранение левой половины грудной клетки с повреждением рёбер с 8 по 12» младшего лейтенанта Баймагамбетова отправили сначала в военный госпиталь города Липецка, потом — Ашхабада. После выписки он для полного выздоровления получил месячный отпуск домой.В родном селе встретился не только с родителями, но и с братом, который после боя у города Старый Оскол был тяжело ранен в обе руки и комиссован из армии по инвалидности.Погостив в Баянауле, Бисембай прибыл в Ташкент, где в то время располагался Среднеазиатский военный округ, для прохождения медицинской комиссии. Она признала его не годным к дальнейшей воинской службе. Но Баймагамбетов не согласился с этим решением.- Ну, ладно, если не подхожу с немцами воевать, отправьте меня хоть с самураями драться, — настаивал он.

Домой!

Однако отправили его все же на родину, в запас. Там, в Баянауле, он устроился военруком в среднюю школу. Но 23-летнему парню хотелось учиться дальше. И он обратился в райком партии с просьбой направить его в Алматинскую юридическую школу. Вскоре стал ее студентом. Два года спустя (таков был срок учёбы) выпускника Баймагамбетова распределили в Павлодарскую область. Здесь его взяли на двухмесячную практику в областной суд, затем утвердили народным судьей Куйбышевского (бывшего Краснокутского) района.Позже Бисембай Баймагамбетов был избран судьей Лебяжинского района и проработал в этой должности четверть века, до августа 1979 года, уйдя на заслуженный отдых по состоянию здоровья.О том, как он воевал и трудился, говорят орден Отечественной войны первой степени и 13 медалей, в числе которых «За боевые заслуги», «За освоение целинных земель», «За трудовое отличие» и другие.- Иногда на трудовом фронте бывало не легче, чем на войне, — вспоминал ветеран. — В 1953 году прошла массовая амнистия осуждённых, и некоторые из них попали на целину. Однажды такая группа бывших зеков взбунтовалась — им не понравилась приготовленная пища, и они устроили дебош в столовой с битьём посуды.Народного судью Баймагамбетова вызвали туда для разговора с бунтовщиками. Стоило ему появиться на месте происшествия, как бывшие зеки тут же взяли его в плотное кольцо. Один из них размахивал большим тесаком. И только умение владеть собой в сложной ситуации помогло судье убедить хулиганов разойтись, и конфликт был погашен.За время работы Бисембай Баймагамбетов рассмотрел тысячи уголовных и гражданских дел и всегда действовал по закону.- Я уже давно живу в Павлодаре, но, когда приезжаю в Лебяжье (ныне Акку), старики встречают меня радушно, — рассказал мне ветеран.И не только добрым словом вспоминают его в райцентре Акку. Именем народного судьи Баймагамбетова здесь была названа широкая улица, на которой более сотни домов.Ещё в 1949 году Бисембай женился. Его супруга освоила несколько специальностей, но большую часть своей жизни отдала профессии учителя. У них в семье родились сын и дочь, оба получили высшее образование. Сын стал экономистом, дочь — юристом.А сам ветеран, уже уйдя на заслуженный отдых, не сидел дома — работал в ономастической комиссии при акимате Павлодара.…На ту давнюю встречу со мной он надел военную форму со всеми регалиями. И мне показалось, что она сделала его моложе, вернув в нелегкое военное прошлое…

Источник