Как встретили казахстанского драматурга в странах Азии - фото

Как встретили казахстанского драматурга в странах Азии — фото

Как встретили казахстанского драматурга в странах Азии - фото

Я сто раз пожалела, что начала этот проект, пока планировала маршрут и готовилась к поездке. Но ни разу – за то время, что работала уже с партнерами на месте.

Тур с пьесой «Дилфизо и Донада» я подала как проект в программу «Культура в движении» Гете-Института и получила на нее грант. Эта программа подразумевает поддержку поездок по Германии, Восточной Европе и Центральной Азии для тех, кто занимается искусством в этих регионах.

Центральную Азию выбрала по разным причинам, из них три – самые важные. Во-первых, одна из героинь пьесы – из Центральной Азии, во-вторых – это очень недооцененный регион в плане современного театра, в-третьих — в каждом городе моего маршрута у меня есть дорогие коллеги и друзья, которые занимаются современным театром. Очень хотелось сделать проект вместе с теми, кто сам того хотел и кому не нужно было объяснять и доказывать.

Душанбе: быть первыми

Мой маршрут поездки – Душанбе — Канибадам — Ташкент — Бишкек. Очень жаль, что не попал Ашхабад, но Туркменистан закрылся с начала пандемии и не открылся до сих пор, ни внутри, ни снаружи. С перемещениями сейчас и без того сложно, добавил еще и конфликт на таджикско-кыргызской границе: то есть в эти две страны я не могла ехать друг за другом, так как все сообщение, хоть по земле, хоть по воздуху, закрыто уже несколько месяцев.

Итак, Таджикистан. Было важно начать с него не только потому, что так удобнее по логистике, но и потому, что одна из заглавных героинь моей пьесы Дилфизо – таджичка. Обычно я говорю о ней, что она – жительница современной Центральной Азии, но все-таки именно таджичка, этого по ее монологам невозможно не понять.  

Тур драматурга. ДушанбеТур драматурга. Душанбе

Вообще «Дилфизо и Донада» — это истории параллельных жизней двух разных женщин. Одна из них – наша современница, жена трудового мигранта, уехавшего на заработки. Другая – жила тысячу лет назад и была замужем за знатным шотландским дворянином. Но общего у них слишком много: и ранний брак, и гибель детей, и предательство мужа. О женской судьбе и женских правах мне и хотелось говорить в первую очередь в своем проекте. 

По плану в каждом городе своей поездки я создаю читки в коллаборации с местными театральными командами. Маршрут начался в Душанбе, где мой партнер – Шахджамшед Умари, руководитель театральной группы «Нигохи Нав», единственного независимого театра в Таджикистане.

В пьесе четыре персонажа – две женщины и два их маленьких сына. И неожиданно уже на этой стадии мы с Шахджамшедом столкнулись с первой сложностью в подготовке читки.

Читка – это формат представления театрального текста для зрителя с листа. Без сложных декораций, режиссерских решений, дополнительного антуража и излишней драматизации. Но оказалось, что даже при такой несложной актерской задаче оказалось слишком проблематично найти в Душанбе актрис.

Группе «Нигохи Нав» отказали подряд шесть актрис из разных душанбинских театров. По разным причинам или вообще без их объяснения. Сам Шахджамшед объяснял это тем, что его театр в опале, и коллеги из государственных трупп не всегда охотно идут на контакт. Кроме этого, пьеса написана на русском языке, а в Таджикистане в театре на русском почти не работают. 

Но команду для читки в Душанбе мы все-таки собрали. К нам присоединились Мавлона Наджмудинова из театра имени Маяковского, Зарина Бадалова из Молодежного театра, а мужские роли достались самому Шахджамшеду Умари и его коллеге по «Нигохи Нав», актеру, режиссеру и журналисту Далеру Имомали. 

Команду для читки в Душанбе все-таки собралиКоманду для читки в Душанбе все-таки собрали

Для Зарины и Далера читка «Дилфизо и Донады» стала первым публичным опытом работы на русском языке. Для них – причина для особенного волнения, для меня – повод восхититься смелостью: читать на неродном языке – это почти подвиг, по-моему.

В Душанбе в культурном центре «Бактрия», который принял и приютил проект, в вечер читки было немноголюдно, но богемно. «Дилфизо и Донаду» пришли слушать актеры, режиссеры, киношники и театралы. Больше всего я волновалась за то, как пойдет обсуждение. Обсуждение – вообще важная часть формата читок, едва не важнее самого текста. 

В вечер читки было немноголюдно, но богемноВ вечер читки было немноголюдно, но богемно

Я волновалась, как отреагируют в Таджикистане. Часть монолога моей Дилфизо – о гражданской войне в 90-х, которую я не видела и о которой знала только по документальным свидетельствам. Я волновалась, не обидела ли, не соврала ли. И услышала главное для себя: получилось честно. «Откуда вы это все знаете?» — спросил один из зрителей. А я не знала, знали актрисы, которые читали текст о той войне. Это в большей степени их заслуга.

Канибадам: вы держитесь!

Вторым пунктом на карте Таджикистана для меня стал Канибадам. Это небольшой город на севере страны, недалеко от границ и Кыргызстана, и Узбекистана, в 100 километрах от Худжанда – второго по величине города республики.

Канибадам я выбрала по личным причинам. В этом городе живет и работает команда Театри Конибодом, участников десятков театральных фестивалей по всему миру, создателей классного современного театра и моих больших друзей.

Тур драматурга. КанибадамТур драматурга. Канибадам

Сегодня их театр – это три человека, трое молодых мужчин, которые занимаются и работой на сцене, и менеджментом, и всем остальным. Еще полгода назад их было больше, но в маленьком таджикском городе сложно жить, еще сложнее зарабатывать, поэтому за последние месяцы больше половины команды уехала за границу за лучшей жизнью. А они остались: Гайрат Кодиров, Фарход Гаффорпур и Фаррух Ваитов. Пока остались.  

Театр в КанибадамеТеатр в Канибадаме

Как уже понятно из описания команды театра, женщин нет и здесь. Но Гайрат, директор театра, предложил выход: пригласить актрис из соседнего Худжанда. Так у нас появились Сурайё Ходжаева и Мохира Кандова из театра Камоли Худжанди.

А теперь о главной неожиданности. Я подразумевала, что главной сложностью в Канибадаме будет поиск актрис, но оказалось, что нет. Главная сложность в том, что в день моего приезда начались «ограничения по электричеству». Здесь это случается часто – лимит на свет. И света не было все три дня, что я провела в Канибадаме: с восьми утра до шести вечера.

Без электричества на сцене театра темно и холодно, поэтому мы решили читку провести во дворе. У Театри Конибодом собственный сад, где растут розы, виноград и хурма – лучше декораций не придумаешь. Мы накинули полотна сюзане на качели, застелили курпачами топчан — и получилась почти сказка. 

Казахстанский драматург Ольга Малышева уехала в тур по трем странам Центральной Азии со своей пьесой «Дилфизо и Донада»Казахстанский драматург Ольга Малышева уехала в тур по трем странам Центральной Азии со своей пьесой «Дилфизо и Донада»

В Канибадаме зрителей на читке было много. Это, впрочем, совсем не значит, что публика здесь часто и охотно ходит в театр. Зрителей здесь «организовывают» — из школ, колледжей, учреждений. На «Дилфизо и Донаду» пришли учительницы русского языка и студентки, которые на учительниц учатся. 

Канибадам — небольшой город на севере страны, недалеко от границ и Кыргызстана, и УзбекистанаКанибадам — небольшой город на севере страны, недалеко от границ и Кыргызстана, и Узбекистана

Я нарочно говорю: «студентки» и «учительницы» — из почти сотни зрителей мужчин было человек пять. Все остальные – женщины, чьи отцы, мужья, братья, сыновья – в миграции. Как у Дилфизо из моей пьесы. Этим женщинам нужно было так рассказать о них самих, чтобы они поверили. И мне кажется, они поверили. Во всяком случае, даже когда «официальное» обсуждение закончилось, некоторые не спешили уходить, а продолжили общаться.

Куда дальше?

После Канибадама я вернулась на день в Душанбе и оттуда улетела в Ташкент. Новый пункт для «Дилфизо и Донады» — такшентский театр «Ильхом», и о событиях здесь я расскажу в будущих публикациях.

А что до эпизода проекта в Таджикистане, то итог такой: в Душанбе как минимум два режиссера намерены поработать с пьесой – перевести на таджикский язык и попробовать поставить. Один из них получил предложение от композитора написать музыку к будущему спектаклю.

На севере страны история тоже обещает не закончиться. Читку хотят повторить тем же составом (Фарход и Фаррух из Канибадама, Сурайё и Мохира из Худжанда), но уже на сцене театра Камоли Худжанди. И это тот приятный момент, когда можно сказать: продолжение следует.

Источник